На Netflix вышел четвёртый сезон антологии Райана Мёрфи и Иэна Бреннана Monster: The Lizzie Borden Story. Сериал рассказывает об убийствах 1892 года — богатого Эндрю Бордена (Чарли Ханнэм) и его жены Эбби (Ребекка Холл) в Фолл-Ривер, Массачусетс.
Младшую дочь Эндрю, Лиззи (Элла Битти), судили за убийство, но оправдали — во многом из-за плохой работы полиции и уверенности, что женщина не способна на подобную жестокость. Это единственные достоверные факты дела.
Шоураннер Бреннан, написавший все восемь эпизодов, придумывает почти всё остальное, стремясь показать «наследие женской ярости». Ради этого в сюжет о Лиззи Борден втиснуты ещё две исторические злодейки — Кровавая графиня Батори и серийная убийца Эйлин Уорнос (Сара Полсон, также играет Батори — Вики Крипс).
Сериал не так философичен и умён, каким себя считает — посыл подаётся громко, но часто с глубиной провокационного поста в соцсетях.
Правда о деле Лиззи Борден в том, что истина неизвестна: её показания менялись не раз. Но сериал ни секунды не сомневается в её вине — уже в первой сцене она убивает отца и мачеху. Это история не «кто», а «почему».
Первые серии режиссёра Макса Уинклера сняты в стремительной театральной манере — будто Баз Лурман решил превзойти сам себя, местами с оммажами Уэсу Андерсону. Этот тон разительно контрастирует с более сильными эпизодами Сары Адины Смит.
Преувеличенная игра Ребекки Холл и Чарли Ханнэма поначалу превращает жертв в персонажей, не заслуживающих сочувствия — зритель должен хотеть их смерти. Позже каждому из них посвящают отдельную серию, очеловечивающую их мотивы — но слишком поздно, чтобы вызвать неоднозначные чувства.
Холл, как мачеха, злее любого диснеевского злодея, оттачивает язвительные реплики. Ханнэм играет грубого, презирающего женщин Эндрю, тонущего в алкоголе и изменах, превращающегося в маньяка вроде Джека Торранса перед смертью.
Битти и Крипс делают что могут с материалом, но не способны его спасти. Лиззи Битти проходит путь от робкой девушки до уверенной и хитрой женщины через отношения с Мэгги — хотя доказательств их романа нет. Сериал даже стирает ирландское происхождение Мэгги ради люксембургской актрисы Крипс.
Сложно поверить, что горничная с фиолетовыми волосами могла работать в доме самого богатого человека города в 1890-х, если там за неправильный суп обжигают лицо. Это яркий пример того, как сериал натужно навязывает современный взгляд на историческую эпоху.
Современная линия про Эйлин Уорнос удаётся лучше — именно здесь сериал точнее раскрывает тему женской ярости. Полсон в роли Уорнос завораживает, хотя порой комично напоминает пародийный образ Кейт Маккиннон из SNL.
Путешествие Уорнос к дому Борденов — целиком вымысел, но финальный эпизод заставляет пожалеть, что весь сезон не был посвящён именно ей. Отдельный, более сфокусированный сезон об Уорнос пошёл бы франшизе на пользу больше, чем нынешняя попытка совместить две истории.