Создатель NieR Ёко Таро заявил, что больше не хочет работать. На вопрос о текущих проектах и планах он ответил: «Да ничего особо», добавив, что с работой покончено.
По его словам, главная жизненная цель была достигнута ещё до NieR: Automata. Дебютная игра Таро в роли режиссёра, Drakengard 2003 года для PS2 (в Японии Drag-on Dragoon), почти целиком вышла так, как он задумал, и стала лучшим, на что он был способен тогда.
Для игрового отаку мечта — выпустить в мир то, что всегда хотелось создать. Раз она исполнилась, всё остальное я считаю остатком жизни.
Работает он лишь потому, что без дохода пришлось бы туго. Сбережений и пенсии, как он полагает, уже хватило бы для отставки. Но его пугает деменция: он слышал, что после ухода на покой её нередко диагностируют. В трудные моменты Таро напоминает себе: «Это полезно для профилактики деменции».
Слова прозвучали на беседе с Кэйсукэ Окабэ, директором Ender Lilies и Ender Magnolia, на фестивале игровой культуры The Tenth Mosaic в Токийском французском институте в прошлом месяце. Таро известен эксцентричными шутками с невозмутимым лицом из-под маски Эмиля, поэтому его признания стоит воспринимать с долей скепсиса.
О будущем японской игровой индустрии он сказал, что скоро умрёт, и судьба отрасли его не волнует. При этом ИИ и новые технологии, по его мнению, создали почву, где свободно творить могут люди и в 20, и даже в 10 с небольшим лет, моложе Окабэ.
Таро, которому сейчас 56, вспомнил, что в молодости выбор был небогат: устроиться в игровую компанию или делать нишевую игру для ПК. Для 3D-игры работа в студии была единственным путём. Возможностей стало гораздо больше, но конкуренция неизбежно ужесточилась.
Думаю, эта конкуренция, как огонь, постепенно перекинется от молодых разработчиков к старшим. Я уже в возрасте и с трепетом надеюсь, что пламя не доберётся до меня до моей смерти.
Зависти к чужим играм он не испытывает: наткнувшись на что-то хорошее, смотрит на него глазами фаната, и просыпается натура коллекционера, которому хочется скупить всё.
Свою работу Таро описывает как «заполнение пробелов». ICO и Ikaruga от Treasure показались ему настолько совершенными, что делать игры в этих жанрах нет смысла. Это не зависть, а понимание, что ниша занята и нужно искать другую. Свои игры он считает грубыми и полными мерзостей, потому что всё прекрасное уже захватили предшественники.
После Nier Reincarnation и ремейка Nier Replicant (2021) Таро занимался серией Voice of Cards и мобильной 404 GAME RE:SET (2024). Сейчас он пишет сценарий нового, пока безымянного аниме-сериала Neon Genesis Evangelion. Музыку создаёт Кэйити Окабэ, композитор NieR и Drakengard.
Фанаты ждут полноценного продолжения NieR, но анонсов нет. В ноябре прошлого года Таро рассказал, что работал над разными проектами, однако их раз за разом отменяли.
Меня спрашивают, почему я не делаю сиквел NieR и не бездельничаю ли я. Но многие проекты с моим участием закрывались посреди разработки. Работа была, просто не вышла в свет. Мне за неё заплатили, так что претензий нет, но люди думают, что я ничего не делаю, раз ничего не выходит.